КПРФ об увольнениях лесников Бузулукского бора

НАЧНУ, пожалуй, с «отлупа», поступившего из недр минприроды России: «Отмечаем, что обращение, направленное в высшие органы исполнительной и законодательной власти Российской Федерации, с одной стороны, проникнуто духом социально-административного реванша…» Ух!.. По обвинению в реванше, тем паче социально-административном, какого же приговора ждать? А по какому, соб­ственно, поводу?

Жители Бузулукского бора направили обращение в верха: Медведеву-Путину, Грызлову-Миронову и министру природных ресурсов России Ю.П.Трутневу, где потом со всех высей свалили их письма и где им вчинили обвинение в реваншизме. Как топором отрубили: «Минприроды считает нецелесообразным создание комиссии по решению социальных вопросов, не связанных с природоохранной деятельностью…»
Вот тут – лбом в пенек. Для нынешних «высших органов власти» – «социальные вопросы не связаны с природоохранной деятельностью». Для населения – это жизнь в неразрывной связи с природой, деятельность в ней и сохранение ее и себя в ней.

Это невозможно понять? Да, невозможно. Если власть – не народ. И потому вот уже двадцать лет – блуждание в трех соснах. Самый южный в Европе участок первозданной тайги в окружении степей – Бузулукский бор – полностью разделяет катастрофу величайшей лесной державы. «Реформы» допекли и без пожаров. Последней мечтой было преобразование бора в национальный парк. Около трех лет назад свершилось. Но сук тут же обломился.

«Надежда на приумножение лесных богатств и улучшение жизненных условий местного населения рухнула. Более 300 человек (жители 14 лесных поселков) остались без работы и средств к существованию. Прекращены все работы по уходу за лесом, лесов восстановлению и лесозащите. Лесной фонд деградирует».

Так взывает обращение, под которым собраны подписи 9303 тружеников из 40 с лишним сел и деревень, расположенных в бору и на его опушках. Это для решения их социальных вопросов при демократии Медведева-Путина сочли нецелесообразным ударить палец о палец.
Как тут не вспомнить о власти, для которой решение социальных вопросов было началом всех начал. Это была народная власть. О ее делах скупо упоминают в челобитной, к которой приложена исходная бумага. Постановление Совета Министров СССР от 7 мая 1948 года «О мерах по восстановлению лесов и улучшению лесного хозяйства в лесном массиве Бузулукский бор. Еще только исполнилось три года после самой разрушительной и кровавой войны, а в самый канун Дня Победы Советская власть принимает постановление о Бузулукском боре, «имеющем важное значение для защиты полей степных районов Заволжья от иссушающего действия степных ветров». Создать управление лесного хозяйства «Бузулукский бор» и подчинить его непосредственно Министерству лесного хозяйства СССР. Вот какое значение.

По пунктам расписано трудоустройство (с их согласия) научных сотрудников, инженерно-технических работников, рабочих и служащих. В 10-дневный срок рассмотреть и утвердить штатное расписание. Создать «сектор по охране фауны (животного мира), в штаты Боровой опытной станции «ввести дополнительно должности старшего научного сотрудника зоолого-охотоведа и лаборанта-препаратора». Организовать в 1948 году механизированную базу. Произвести посадку леса, к 1957 году обеспечить облесение всех гарей, пустырей и необлесившихся вырубок… строительство пожарных вышек, телефонных линий и кордонов для лесной охраны… строительство дорог.
По привычке победоносная власть ставит задачи четко и с обеспечением их выполнения. И подпись: Председатель Совета Министров СССР И.Сталин.

СРЕДИ первых, кто сегодня бьет в пожарный колокол и подписывает обращения к обитателям кабинетов власти, Герой Социалистического Труда тракторист Николай Егорович РАДАЕВ. Он рассказывает:
– Помню отчетливо: по постановлению Сталина за три-четыре года создали мощное управление лесного хозяйства. В его составе 13 лесничеств с полным набором техники и хорошо подготовленными специалистами. За годы войны бор оказался в плачевном состоянии. Много делянок вырубили, нужна была деловая древесина и дрова. Большие участки выгорели. Остались пустыри и гари. Развернули восстановление леса. Организовали лесопитомник, саженцы сосны и березы выращивали на 20 гектарах. Это сейчас ни одной сотки питомника нет, а тогда широко вели посадки, в том числе на извечной степи в границах бора. Сотни и тысячи гектаров. Действовало правило: десять гектаров спилил – пятнадцать-двадцать посади. В течение десяти лет основные массивы были посажены.

Я всю жизнь работал на тракторе, более 40 лет. Корчевал пни, мелколесье. Пахал, разделывал землю под саженцы. Выполнял все виды работ в лесу. Рубка сплошная, санитарная, проходная, прочистка и другие. Уход за лесом. Много сил тратили на охрану от пожаров. В каждом из 13 лесничеств работала бригада, в ее распоряжении – тракторы, машины. В каждом поселке пожарная машина стояла, а в центральном поселке Колтубановский команда была. Сейчас почти ничего из этого нет.

Как только наступала весна, за мощный трактор С-100 цепляли «угольник», и этот нож на просеках срезал поросль, выравнивал дороги, они поддерживались в проезжем состоянии для машин. Теперь ничего этого не делается. В бору нет ни одного рабочего. Палку никто не уберет. Просеки заросли и стали непроходимыми. На бочке с порохом сидит бор – маленькое загорание и все! Правда, в нынешнее засушливое лето большой пожар случился в южной части бора, которая расположена в Самарской области, где много мочажин. Счастье, что огонь не вспыхнул на востоке или севере, где нет водных и естественных преград. Что бы осталось от бора и от поселков? Но ведь и впредь от этого нет защиты. Какое было отношение – и какое сейчас.

Никакого ухода за лесом. Вот в августе у нас прошел ураган. На огромной площади повалены деревья, деловой лес. На другой же день полагается начать уборку, но третий месяц ничего не делается. Погибает ценная древесина, она так и достанется жукам-древоточцам, будет питомником вредителей леса, а в сухое время вспыхнет порохом, этот пожар никто не остановит, весь бор под угрозой в зависимости от направления ветра.

На моих глазах был еще более страшный ураган, в марте 1958 года. В яме под корнями поваленных сосен мог свободно танк спрятаться. Но тогда и впрямь на другой же день взялись за расчистку. Ценный материал использовали, за два года разобрали бурелом и произвели лесонасаждения.
В очистке бора было заинтересовано местное население. Выписывали сушняк на дрова и поделки бесплатно, по надобности. Тогда тут не было преград. В народе знают, чистый лес – здоровый лес. Теперь выписать дрова труднее, чем одолеть бурелом. Придумали норму, ввели плату, надо собрать целый воз бумаг, за каждую плати, обходится дороже самих дров. Поднимаются целые общественные движения за отмену заниженных норм на дрова, доходят до Кремля, а между тем деревья валятся, гниют, по лесу ни пройти ни проехать.

Потомственные лесоводы теперь в абсолютной нищете. Мой сын Александр работает пожарным, за 4000 рублей в месяц. Как выжить? Кое-какое домашнее хозяйство ныне втройне тяжелее держать. И не держат. В центральном поселке Колтубановка было шесть стад коров и другого скота, а теперь – одно на всех. В маленьких поселках совсем нет хозяйства. В моем родном хуторе Широковском было 100 коров, сейчас – ни одной. В нашем лесничестве также содержали подсобное хозяйство, 700 гектаров посевов и 170 голов крупного рогатого скота. Все на нужды коллектива. Ныне – пусто, поля и луга захламлены. Были школа, клуб, магазин – все ликвидировали. Как же так – ведь все должно быть для людей, и сам бор тоже.

Он был нашей главной заботой, мы его растили и берегли. С учетом возраста массивов прекратили сплошные рубки. Для переработки лесной продукции построили промышленное предприятие. Сейчас его здания в полуразрушенном виде.
Человеку тяжко нынче в родном бору. Раньше мы спорили с окрестными колхозами из-за каждого гектара, забирали у них непригодные для сельскохозяйственного производства участки и занимали их лесом. Теперь на полях вокруг бора все дальше всходят самосевом молодые сосеночки и березки, из шишек и сережек ветер далеко разносит семена, и никто уже не спорит ни за гектары, ни за целые поля. Никому не нужны земля и мы на ней.

ГЕРОЙ Социалистического Труда Н.Е.Радаев выражает мысли и чувства всех, чья жизнь была полна радостью созидания во благо всех, себе на счастье, во имя будущего родной страны. В этом действительно состоят социальные вопросы, без громких слов. Об этом приходилось говорить с многими тружениками Бузулукского бора. Первый секретарь Борского райкома КПРФ Самарской области Сергей Петрович ПРИХОДЬКО передает требования участников митингов не отделять судьбу лесного массива от судьбы живущих в нем людей. Национальный парк может быть таковым только в гармонии с нацией и любой ее части, своими корнями проросшей в родную землю.

Пока вольготно чувствуют себя в самых заповедных уголках бора только никому не ведомые герои черного безвременья. Они построили настоящие дворцы и замки там, где законом запрещено даже ветку тронуть в ущерб природе. А этим «хозяевам жизни» дозволено все.

Один из подписавших обращение в выс­шие органы власти Пётр Алексеевич КОБЗЕВ тоже всю жизнь посвятил сохранению и росту Бузулукского бора. Социалистическая плановая экономика создавала для этого все условия. Лес – предмет самого долгосрочного планирования. И основа этого – жизнь народа. Мерка одна и та же – века. С делением на десятилетия. На каждые десять лет советская наука разрабатывала план лесоустройства на каждый участок. По истечении проводили ревизию. А до того выполняли годовые и пятилетние задания.

И хотя случалось, в государстве перегибали палку, но вовремя спохватывались. Бор в целом жил естественной жизнью, и каждая десятилетняя ревизия отмечала его заметный рост. Он продолжался бы и сегодня, но был прерван вот уже на двадцать лет в «лихие девяностые», каковые именуют так даже демократические вседержители, дабы показаться непричастными к разрухе. А она продолжается и усиливается их реформами, новым Лесным кодексом и другими законами по дальнейшему захвату народной собственности, природных богатств. А их всем видимые следствия – пожары.

В противовес – телевизионные видеоконференции. Смотрите – Медведев следит, заботится о погорельцах. Вот и на последней телепостановке выслушал их благодарности и уведомил, что выручают их «нецивилизованными методами», то есть всем миром, государством, как исстари на Руси. А впредь – цивилизованно плати страховым компаниям и гори вместе с лесом. Тебя цивилизованно ограбили, отняли работу, даже за грибами и ягодами не пускают, в лучшем случае 4000 рублей в месяц тебе зарплату отваливают – содержи страховой бизнес миллиардеров, которому и служит нынешнее государство.

Как восприняли в ответ на многотысячный вопль о помощи обвинение в «социально-административном реванше»?
– Как оскорбление, – говорит ветеран строительства лесной державы П.А.Кобзев. – «Реванш» исходит от побежденных, таким образом, официально считают Бузулукский бор побежденным? А кто победители?
Отлуп на обращение к носителям знаков верховной власти требует ясности. Со словом «социальный» – в точку. Одного корня со словом «социалистическая». Вошло в народный язык в сочетании с «Великая Октябрьская». Но при чем тут «административный» «реванш»? Какая административная сила у лесоруба или пожарного в бору?
Потому-то все в стране через пень-колоду, что пока никакой. Но не они заводят речь о «реванше». Они не «реваншисты», хотя и побежденные. Вернуть победу, вернуть власть народу – законное чувство и право лесника и пожарного, всех современных пролетариев. Только так остановить пожар, уничтожающий великую державу.