Путинизм: недуг по Форбсу

Эксперты, собранные журналом «Форбс», поставили В. Путина вторым по властности (powerful) в мире. У нас по этому поводу раздрай. Одни ликуют: наш-то, а? Другие горестно вздыхают: дожили, пир во время чумы. Как водится, правы и те, и другие.

Тут надо не упустить, о чем список. Он не о том, кто всех румяней и белее. Не важны ум, честь и отвага. Тут другая арифметика. Учитывается только то, сколько людей на планете может загубить или ублажить данное лицо. Грехи и благоденствия валят в одну кучу и нумеруют подряд. Что отрезал ногу, что пришил – в зачет идет все та же одна нога. Поэтому глава мексиканского наркокартеля Хоакин Гусман Лоэра идет под 55-м номером, а президент России Д. Медведев уступает ему четыре позиции. Это отражает мнение экспертов, согласно которому Хоакин Гусман – бандит выдающийся, а Дмитрий Медведев – президент так себе.

Мы всегда знали, что Россия – страна бедная и больная, а Путин – человек богатый и здоровый. К этому теперь прибавилось знание, что и в мире он намного влиятельнее руководимой им страны.

Где пределы влияния России? Мы первые по экспорту газа, вторые по экспорту нефти, еще мы в десятке по экспорту металлов. Но сами мы не добудем газ из своей земли, не извлечем хороший бензин из своей нефти и не сварим из своей руды классную сталь. Не умеем. Наша демократия выглядит неприлично без кавычек, наша дипломатия не слышна дальше Смоленской площади, наша армия, пусть и с ракетами, всегда готова к своему 41-му.

Если меряться благосостоянием народа, доверием общества к властям, надеждами юности и покоем старости, гармонией богатства и бедности, то мы занимаем в мире место никак не выше, нежели «Форбс» отвел нашему жалкому президенту. 59-е, 72-е, короче, где-то там. И то обстоятельство, что В. Путин вторгся промеж лидеров двух крупнейших экономик планеты, вызвало понятную оторопь у ряда благонравных обозревателей.

Только ведь выстраивал «Форбс» не страны. А что до личностей, то и самому Обаме, при всех его авианосцах, Фортах Ноксах и Гарвардах, не грех бы завистливо облизнуться, глядя на ни с чем не сравнимые властные возможности формально никак не первого человека России. Может ли Обама послать доктора к Форду? Мочь-то он может, но индексы не обрушатся. А обрушатся, так и Обама ответит. В Америке нет ни одного завода и ни одной телепрограммы, которым Обама может отдать указание. В России нет ни единого человека, которого Путин очень захотел бы посадить да не смог. В Америке нет ни единого человека, которого Обама мог бы посадить, только потому что очень захотел. Президент Китая Ху Цзиньтао вскоре уйдет на покой, а правительство останется. Если Путина чудом вытолкнут на пенсию, то следом за ним сгинет все руководство России, от Матвиенко до Кулистикова. Путин самовольно и таинственно распоряжается третью российской экономики и триллионами долларов. Если Путин даст взятку Международному Олимпийскому комитету, то об этом не узнает никто. Если Обама попытается повторить этот фокус, то его посадят в тюрьму еще тогда, когда он только прикажет приоткрыть федеральный кошелек.

Все рейтинги, основанные на мнениях экспертов, не лишены пристрастности и заблуждений. Кому нравится, кому нет. Список «Форбс» не являет собою исключения. Но серебряная ступенька В. Путина на стремянке мировой власти скорее к слезам, чем к ликованью. Это второе место указывает на скверный диагноз. Тяжел и опасен недуг страны, где рейтинг начальника не может больше быть выше, индекс национальной коррупции не может быть ниже, а благосостояние народа застыло на унылом 64-м месте – и ни тпру, ни ну.