Где начинается Родина?

От редакции: Публикуемая нами статья Михаила Андреева,который хорошо знаком постоянному читателю РНЛ по ряду острых и глубоких статей, посвящена, пожалуй, самой главной проблеме современной России – проблеме национальной в ее связи с проблемой имперской. Действительно, нет, наверное, острее и сложнее задачи, чем решение русского вопроса в России, т.е. выстраивание таких отношений, которые ставили бы русский народ на место главенствующего народа в стране при сохранении ее многонационального, точнее имперского, характера и при безконфликтном воссоединении великороссов, малороссов и белорусов. Ценность работы М.Андреева прежде всего в том, что он с безпощадной честностью ставит эти проблемы. Мы надеемся, что статья вызовет интерес и станет предметом серьезного обсуждения.

1.

О национальном вопросе в современной России писать очень непросто. Там где одна ложь переплетена с другой и покрыта накрепко затвердевшим слоем третьей, сложно докопаться до истины. Глядя в прошлое, искомой правды, как это ни странно, тоже не найти. Времена изменились. То, что было правдой когда-то, сейчас перестало ею быть.

Между тем, вопрос становится все острее и требует незамедлительного ответа. Отвечать мы не готовы, вернее желающие то есть, и со стороны общества и со стороны властей, но почти все предлагаемые рецепты производят крайне удручающее впечатление. О штампах профессиональных борцов с «русским фашизмом» и «экстремизмом» можно было бы и не вспоминать, но даже комментаторы, которых нельзя заподозрить в неблагонамеренности зачастую воспроизводят полностью или частично те же самые опостылевшие штампы.

Между тем, терпеть эти мантры дальше наше общество не готово. Ему как воздух нужно другое. Сила в правде.

Вопрос только в том, что же такое правда, то есть какова правильная формула разрешения межэтнических противоречий в современной России. От ответа на этот очередной «проклятый русский вопрос» зависит очень многое.

Как Вы думаете, уважаемый читатель, почему святой и благоверный князь Александр Невский, задавший вектор всей русской внешней политики на долгие столетия вперед, избрал в свое время ориентацию на Восток, предпочел владычество ордынских ханов подчинению Западу? Знал ли он о коварных планах Рима, о многосотлетней вражде к «восточным схизматикам», или предвидел крах внешней политики своего современника, князя Даниила Галицкого, владения которого попали под власть Польши спустя всего несколько десятилетий?

Все может быть, но вероятнее всего он руководствовался мотивами куда более простыми и приземленными. Александр Невский из двух враждебных Руси сил предпочел тех, кому были нужны исключительно наши деньги (дань) и внешние знаки покорности, а русская земля, чтобы селиться на ней, и русские люди, для обращения их в свою веру (и истребления тех, кто обратиться не пожелает) их не интересовали.

С тех пор прошли столетия. Многое изменилось.

Нельзя сказать, что современный Запад представляет для России меньшую угрозу. Да, отдельные европейские народы уже не стремятся к захвату наших земель, их демографический потенциал недостаточен для продолжения «натиска на Восток». Запад опасен другим – те, кто им управляет, глобальные силы, полем деятельности которых является весь земной шар, вполне способны раздавить хрупкую российскую государственность и превратить нас в гумус, сырье для построения нового мирового порядка. По хорошо известной формуле Збигнева Бжезинского «Новый мировой порядок создаётся против России, за счёт России и на обломках России». Угроза такого развития событий еще очень велика, однако на горизонте появились уже и новые опасности.

Так что запомним на будущее формулу нашего великого предка благоверного князя Александра Невского. Дело отнюдь не в Западе и не в Востоке как таковых. Все одновременно проще и сложнее.

Тот, кто хочет поселиться на нашей земле, кто хочет построить на ней свои храмы, купола которых вознесутся выше православных церквей, тот, кто, не стремясь к добрососедству, вытесняет или хуже того, истребляет русских людей там, где успел поселиться, несет для нас главную угрозу. Нужно сказать, что руководствуясь именно этой формулой, русский народ в свое время однозначно определился с вопросом о том, какое из двух зол хуже, Гитлер или большевики. В наше время, правда, находятся историки с нетрадиционной точкой зрения, которые утверждают, что предатели, такие как Власов были правы, но их позиция разбивается, как и тогда, во время Великой Отечественной, о камень народного инстинкта самосохранения. Тот, кто замыслил вытеснить наш народ с его исконных земель, или, скажем прямо, ВЫРЕЗАТЬ его, тот представляет опасность N1. Именно по этой причине Гитлер был хуже.

Как это ни странно, многие патриотические публицисты оказываются сегодня раздавлены тем же самым краеугольным камнем народного инстинкта. Невозможно пасти зады либеральной журналистики, повторяя раз за разом, бессмысленные мантры об опасности «русского национализма» и «экстремизма» без потери лица. Встречаются даже те, кто утверждает, что настроения современной русской молодежи несут угрозу «развала России».

Эти стандартные обвинения, ставшие уже общим местом при упоминании роста русского национального самосознания невозможно далее игнорировать.

Есть настоятельная необходимость поговорить и об «угрозе развала», и о территориальной целостности, разобравшись, наконец, в том, как все эти словосочетания следует понимать.

Сегодня мало кто отдает себе отчет в том, что существуют два совершенно взаимоисключающих понимания термина «территориальная целостность России». Их теоретическое объяснение было бы слишком длинным и запутанным, поэтому попытаемся разобраться на примерах.

– Территориальная целостность, версия N1, она же территориальная целостность в современном ее понимании.

В результате Персидского Похода Петра I (1723 г.) русскими войсками была захвачена и присоединена к Российской Империи провинция Гилян (или Гилань, как ее тогда называли русские), находящаяся на побережье Каспийского моря южнее современного Азербайджана. Ее пребывание в составе России оказалось не слишком продолжительным, – уже при Анне Иоанновне Гилань была возвращена Персии.

В следующий раз она оказалась в сфере российских интересов в мае 1920 года, когда при поддержке десанта, высаженного Каспийской флотилией, была провозглашена Гиланская Советская Республика со столицей в Реште. Республика просуществовала чуть более года, в ноябре 1921 года она была ликвидирована персидскими войсками. Возможности присоединения ее территории к СССР, однако, не были на этом исчерпаны. С началом Великой Отечественной Красная Армия вновь вошла в Гилань (и некоторые другие провинции севера Ирана), но была вынуждена с окончанием войны покинуть ее по требованию англичан.

Сейчас о Гилани в России почти никто не вспоминает. На исторических картах, изображающих территорию страны во времена Петра I, она не отмечена, как, впрочем, и на картах революционной Советской России. Тем не менее, ото всей этой давней истории остался один важный для нас вопрос.

Влияли ли как-то на территориальную целостность России нахождение Гилани в составе Российской Империи или ее потеря?

Подождите, уважаемый читатель, не спешите с ответом! Все совсем не так однозначно, как может показаться на первый взгляд.

Перейдем пока к пункту второму.

– Территориальная целостность России версия N2, или же территориальная целостность, как ее понимают у нас пока немногие.

Для иллюстрации этого второго, на наш скромный взгляд, более правильного понимания целостности российской территории нам понадобится свидетель. Не будем рассуждать о его противоречивой личности, это отдельная большая тема, ограничимся лишь словами.

Л.Н.Толстой. Казаки.

«Вся часть Терской линии, по которой расположены гребенские станицы, около восьмидесяти верст длины, носит на себе одинаковый характер и по местности и по населению. Терек, отделяющий казаков от горцев, течет мутно и быстро, но уже широко и спокойно, постоянно нанося сероватый песок на низкий, заросший камышом правый берег и подмывая обрывистый, хотя и не высокий левый берег с его корнями столетних дубов, гниющих чинар и молодого подроста… От станицы до станицы идет дорога, прорубленная в лесу на пушечный выстрел.

По дороге расположены кордоны, в которых стоят казаки; между кордонами, на вышках, находятся часовые. Только узкая, саженей в триста, полоса лесистой плодородной земли составляет владения казаков. На север от них начинаются песчаные буруны Ногайской, или Моздокской, степи, идущей далеко на север и сливающейся Бог знает где с Трухменскими, Астраханскими и Киргиз-Кайсацкими степями. На юг за Тереком – Большая Чечня, Кочкалыковский хребет, Черные горы, еще какой-то хребет и, наконец, снежные горы, которые только видны, но в которых никто никогда еще не был. На этой-то плодородной, лесистой и богатой растительностью полосе живет с незапамятных времен воинственное, красивое и богатое староверческое русское население, называемое гребенскими казаками».

Описанное Толстым, русское население, жившее на берегах Терека «с незапамятных времен» уже около двадцати лет, как вынуждено было оставить свои станицы. Потомки гребенских казаков изгнаны со своих земель, частью вырезаны, вероятно, есть и такие, кто влачит на земле предков жалкое существование рабов. На Кавказе это не редкость.

Терские станицы в прошедшие несколько десятков лет пали жертвой борьбы за территориальную целостность России (в ее первой версии). Страна, тратя огромные материальные и людские ресурсы на замирение очередных «Гиланей», в то же самое время закрывала глаза на потерю своих исконных территорий. Этот процесс потери русских земель продолжается по сей день. С юга и востока Ставропольского края вытесняется русское население. Людям обвиняющих русских патриотов в создании угрозы «территориальной целостности» и «развала России» хотелось бы вернуть их же собственные обвинения во всей их тяжести! Борьба за «территориальную целостность», так как она сегодня ведется, приводит к потере русских земель и изгнанию наших людей из своих домов!

И это еще не все.

Территории терского казачества и некоторые части Ставропольского края являются как это ни странно не самой большой жертвой такой политики.

Здесь мы подходим к ответу на вопрос о том, влияло ли нахождение Гилани в составе Российской Империи на целостность русских земель.

Этот ответ прозвучит на первый взгляд парадоксально.

Да, влияло, и влияние это было исключительно отрицательным.

В начале восемнадцатого века, когда вся Белоруссия и правобережная часть Украины находилась под властью Речи Посполитой и подвергались интенсивному окатоличиванию, плоды которого мы сегодня можем наблюдать в Галиции, русская армия ходила в свои «персидские походы»…

В наши дни дела обстоят не лучше, да и ресурсы, которые в былые времена позволяли России вести широкую внешнюю экспансию давно исчерпаны.

Время персидских походов прошло!

Сегодня Россия имеет шанс сохранить статус самостоятельной геополитической единицы да и просто вновь стать полноценным государством только в одном случае, – восстановив единство русского народа, «Великия, Малыя и Белыя» Руси. Эта первоочередная национальная задача, однако, задвинута сегодня далеко на задний план. Это в лучшем случае, в худшем, в российских верхах о ней не думают вообще!

Нынешние российские власти озабочены чем угодно, кроме того, что является приоритетом N1.

Борьба за сохранение всего Северного Кавказа целиком в пределах российских границ, помимо продолжающейся утраты исконных русских земель и отвлечения огромных ресурсов, уводит российское государство от решения главной задачи – собирания русских земель. Между тем Россия становится все менее привлекательной для жителей Украины и Белоруссии. Поверьте, ни на Украине, ни в Белоруссии вы не найдете человека, который в здравом уме и трезвой памяти мог бы желать воссоединения с современной РФ с ее нынешней национальной и миграционной политикой! Ни один житель Минска, Донецка или Киева не захочет, чтобы завтра его дом оказался в государстве, где на представителей коренного населения совершаются нападения, где демографический баланс стремительно сдвигается в сторону культурно и цивилизационно чуждых мигрантов, где регулярно происходят теракты и где, уж простите меня за напоминание, русские люди в своей стране имеют шанс попасть в рабство!

Такое государство не нужно никому! Идея воссоединения русских земель стремительно теряет свою популярность в Белоруссии, не говоря уже об Украине, по причине крайне низкой привлекательности современной Российской Федерации как единственной возможной базы такого воссоединения. Государство, погрязшее в трясине олигархического капитализма, проводящее откровенно антирусскую национальную политику не имеет перспектив.

Таким образом, два подхода к вопросу территориальной целостности принципиально несовместимы.

Какой из них ближе вам, выбирайте сами.

Хотя, как это ни странно, выбор на самом деле, давно уже сделан.

Мы все, как сторонники первого варианта, так и второго, сами того не подозревая, давно уже согласны друг с другом. Просто это наше согласие, существующее в бытовой плоскости, в плоскость политических взглядов не переходит.

Выходя, к примеру, из квартиры и столкнувшись у лифта с «гостями» из определенных регионов, мы все сразу становимся единодушны. Мы чувствуем и цивилизационный разлом, который пролегает между нами, и то, что граница России в этот момент проходит совсем не по горным вершинам Большого Кавказа, а прямо перед нашим лифтом, и то, что пограничника, который бы ее охранял, нет и в помине. И это еще что! Подумайте если перед лифтом не мы сами, а наши сестры дочери или жены!

Мы всё понимаем одинаково.

На возможное возражение, что это нагнетание и эксплуатация страхов, отвечаю. Возможность быть убитым перед лифтом (или в любом другом месте) это не предмет фобии, это реальность которую пережили (или НЕ пережили) в начале девяностых десятки тысяч наших соотечественников на территории бывшей Чечено-Ингушской АССР. Сегодня с этой реальностью сталкиваются люди во многих российских городах. Это не страх и не фобия. Страх, это когда боишься за себя. Страх за матерей, жен и детей, за всех вместе – это инстинкт самосохранения народа. Наши деды в 41-ом отправлялись на фронт, повинуясь совсем не призывам «вождей», а именно этому основополагающему народному инстинкту!

Встречается еще возражение, что причина всех бед в том, что милиция (полиция) у нас работает плохо.

«Объективные трудности переходного периода». В бывшем СССР милиция и спецслужбы работали весьма недурно, тем более по сравнению с тем, что происходит теперь. Каков же результат? Во-первых, это не всегда помогало и тогда. См. например, события в Грозном в 1958 году. Во-вторых, когда это все же помогало, многие люди не имели ни малейшего представления о том, что им ждать от соседа, если в работе правоохранительных органов вдруг произойдет сбой. А в третьих, «лицо» современной российской (как и прежней советской в той же ЧИАССР) милиции не одинаково, и вопрос о том, защитит ли она в решающий момент или будет на стороне нападающих необходимо еще прояснять… Ну и наконец, последний аргумент по поводу полиции.

Чья полиция работает лучше других, по крайней мере, в нашем представлении об этом? Немецкая полиция одна из лучших. Тем не менее, по мнению федерального канцлера Ангелы Меркель «попытка построения мультикультурного общества в Германии провалилась». С аналогичными заявлениями на конференции в Мюнхене выступил на днях британский премьер Дэвид Кэмерон. «Multiculturalism has failed».

Так что спешу расстроить (или наоборот обрадовать) некоторых читателей, работа полиции на успех попыток построения мультикультурного общества не влияет.

Но вернемся к нашему подъезду. Выйдя из него и переведя дух, мы через некоторое время вспоминаем о Гиляни. Нет, извините, мы вспоминаем, конечно, не о ней, а о территориальной целостности России, в современном ее понимании, и только в этот момент мы вновь возвращаемся к несогласию друг с другом…

Проблема в том, что понимание, которое есть на уровне подсознания, сталкивается с противоположными представлениями, которые в результате побеждают. Чтобы этого не происходило можно вспомнить о городе русской славы Севастополе, о Киеве – матери городов русских, о Минске, где каждый чувствует себя как дома, о Петропавловске, первом, а не том, который «на Камчатке», о казачьих станицах, в которых не осталось казаков, ну а Гилань…

Попробуйте о ней не вспоминать.

2.

Констатация серьезности нынешних проблем на Северном Кавказе – это, к сожалению, совсем еще не конец истории. Для прояснения всей тяжести последствий нынешней российской национальной политики мы должны будем идти дальше. От плохого к худшему.

Мы вернемся к тому, с чего начинали, к Александру Невскому с его выбором меньшего зла, и Гитлеру, который был по определенным причинам, хуже, чем большевики…

За всю свою многовековую историю русский народ пережил многие взлеты и падения. Были великие победы и страшные поражения, слава и позор, было все. Не было одного. До самого последнего времени наш народ ни разу не подвергался геноциду. Ближе всего к этому определению подошли многовековой гнет польских магнатов во времена Речи Посполитой, а позже Австро-Венгрии над народом Западной Руси, ну и конечно Гитлер, с его планами уничтожения «расово-неполноценных» славян. Планами, которым благодаря усилиям наших героических дедов не суждено было сбыться – фашистам не хватило ни времени, ни организационных ресурсов – они были заняты войной.

Единственный вполне завершенный эпизод геноцида против нашего народа произошел в начале девяностых годов прошлого века на территории бывшей Чечено-Ингушской АССР. Удивительно, что практически никакой централизованной организации у него не было. Ни лагерей, ни колючей проволоки, ни эшелонов с расстрельными командами. Резня и бегство русского населения произошли как бы сами собой, экспромтом, на голом энтузиазме местного населения…

Российский премьер Путин, говоря о «многосотлетней истории взаимодействия» внутри «многонационального и многоконфессионального» российского государства путает грешное с праведным и приводит пример, совершенно не относящийся к нашему вопросу – реально существующих межэтнических противоречиях современной России. Россия имеет опыт «многовекового взаимодействия», но этот опыт локализирован не в тех регионах, где сегодня имеются конфликты. Нет смысла обсуждать межэтнические проблемы, которых нет, там, где на протяжении столетий сложились добрососедские отношения, закрывая глаза на противоположные случаи.

В том случае, который интересует нас, краткая «история взаимодействия» выглядит следующим образом. Длительная и кровавая Кавказская война, известные события Великой Отечественной с последующей депортацией в Казахстан и Среднюю Азию, возвращение, волнения русского населения в Грозном в 1958-ом году, резня и бегство русских в начале девяностых, Первая Чеченская война, многочисленные теракты и Вторая Чеченская с последующими многочисленными терактами, продолжающимися по сей день…

Хороша история, не правда ли?

Хотите знать, что будет дальше? Т.е. каковы перспективы дальнейшего «взаимодействия»?

Не будучи пророком и не занимаясь предсказаниями будущего, ответить на этот вопрос, тем не менее, не составляет труда. Вся предыдущая история, в особенности опыт Великой Отечественной войны, во время которой даже многие из наших исторических противников, не говоря уже о народах бывшего СССР, стояли с нами плечом к плечу, а равно и трагический опыт девяностых годов прошлого века, говорит нам о том, что положительных перспектив нет. Все то, что уже случалось в прошлом, имеет шансы повториться в будущем, причем теракты еще не самая плохая часть того, что нас может ждать.

Об этом почему-то не принято говорить вслух, даже в патриотической прессе, однако, по всем признакам пришло время сказать.

На Северном Кавказе созрели гроздья нового геноцида. В случае малейшего ослабления государственной власти, или ее уклонения в либеральный маразм, в регионе может немедленно возобновиться резня. Лозунги этой резни уже готовы и произносятся вслух. По сообщениям СМИ, приезжие молодчики во время беспорядков в Ставрополе в июне 2007 года выкрикивали: «Русские вон с Кавказа». Это, дорогие друзья, ни что иное как новая версия старого лозунга, которым в начале девяностых были исписаны стены грозненских домов: «Русские, не уезжайте, нам нужны рабы». Новая волна насилия, которая может начаться и сама по себе, спонтанно, может точно также быть легко спровоцирована извне. В своем последнем интервью один из главных архитекторов т. н. «российских реформ» Анатолий Чубайс заявил, что, по его мнению, на современном этапе главная угроза российской демократии исходит от «фашизма». В переводе на русский это значит, что наши друзья – либералы видят главную для себя опасность в медленно, но все же происходящем возрождении самосознания русского народа. Как проще всего не допустить этого возрождения и вновь поставить народ на колени? На этот счет есть замечательный опыт прямых идейных предшественников современных российских либералов, большевиков-троцкистов, которые в свое время, сплотили вокруг себя и задействовали все нелояльные России силы. Да и события девяностых годов на Северном Кавказе не обошлись без участия московской либеральной публики. Резня девяностых на территории бывшей ЧИАССР во многом подогревалась извне. Люди, занимавшиеся PRом, организовывавшие международную поддержку, финансирование и информационное обеспечение боевиков из Москвы, все живы, здоровы, и по большей части, на своих местах. Никто из них не пострадал. Их планомерной ликвидацией в отличие от их подопечных – Басаева, Дудаева, Масхадова и прочих, ФСБ не занималась.

Все эти «журналисты-правозащитники» и финансисты до сих пор остаются неприкосновенны. Кое-кто, правда, оказался в опале и вынужден был переехать в Лондон, но это частности. Так что горючего материала хватает, и спички лежат в сухом месте еще со времен развала СССР.

Как же обезвредить бомбу, лежащую в основании российского государства?

Какие будут рецепты для решения межнациональных проблем «новой России»?

Замечательный диалог на эту тему произошел на недавнем заседании Госсовета, посвященном национальной политике, между первыми лицами российского государства, президентом Медведевым и премьером Путиным. Он интересен, прежде всего, тем, что отражает уровень понимания сути проблем российской властью и предлагаемые ею рецепты.

Владимир Путин: «В Советском Союзе не было таких проблем с межнациональными отношениями. Советской власти удалось создать обстановку межэтнического и межконфессионального мира. Не было таких проблем, где бы мы ни жили… Мы с вами пока не смогли найти эквивалент того, что было изобретено в Советском Союзе… Я думаю, нам искать далеко ходить не нужно. Есть только одно, что может заменить – заменить то, что неплохо работало раньше, – это общероссийский патриотизм».

Мысль проста и понятна. Советская национальная политика была успешна, вопрос только в том, как реализовать на практике ее современный эквивалент.

Владимир Жириновский не так давно дал очень точное и образное определение главному из трех китов, на которых держалась советская национальная политика. «Как только советская власть образовала национальные республики, начался путь к созданию государств. Республика уже означает государство. Не может быть в республике республика. Это извращение. Россия – свиноматка, и ее детеныши-республики…».

Национально-территориальное деление во многом предопределило судьбу СССР. Вызревшие буквально «в теле» России неполноценные полугосударства отделились от нее, и превратились в антироссийские этнократические образования зависимые от США. Таким образом, советская национальная политика обеспечивала относительный мир и гармонизацию межэтнических отношений за счет единства государства в будущем. За относительное спокойствие и благополучие советских лет должны были заплатить новые поколения граждан страны, то есть мы с вами.

Вторым китом советской национальной политики было ПООЩРЕНИЕ НЕЛОЯЛЬНЫХ. Политика короткого кнута и большого пряника. Основы такого подхода были заложены еще большевиками-троцкистами, для которых все нелояльные российскому государству сообщества являлись естественными союзниками. Политика, корни которой уходят в глубь тех лет, с тех пор не претерпела существенных изменений. Вспомните, каким из республик бывшего СССР выделялись самые большие ресурсы для их развития, где нормы снабжения были выше, где в первоочередном порядке развивалась инфраструктура? Правильно, именно в этих бывших республиках русское население лишено сегодня гражданских прав. Именно они предъявляют к России требования компенсации, а одна из таких самых благополучных бывших республик СССР даже успела с нами повоевать. И пусть никто не берется утверждать, что в те времена никому не было известно о том, каков на самом деле уровень лояльности коренного населения этих республик. Все обо всём знали! Даже в границах одной и той же Украины, ее менее лояльная часть – запад всегда обеспечивалась лучше, чем более лояльный восток. Старое советское правило, о том, что чем выше на определенной территории уровень национализма – тем лучше там живут люди, действует по сей день. Каким «субъектам федерации» выделяются максимальные дотации из российского бюджета? Именно тем, с территории которых изгнано русское население! На втором месте уверенно расположились те, в которых этот процесс активно идет.

Вот такая обстановка межэтнического мира…

Третий главный кит советской национальной политики назывался СЛЕДОВАНИЕ ХУДШЕМУ ОБРАЗЦУ.

Когда межнациональные различия всячески подчеркивались, а потенциальные точки напряженности создавались там, где их до этого никогда не было. Лучший пример – все «профессиональные украинцы» Украины, бездарные «письменники», вся заслуга которых заключалась в том, что они пишут исключительно на «мове», их коллеги из Белоруссии, большинство воинствующих русофобов Прибалтики, этнократические властные «элиты» автономий РСФСР, все они выращены искусственно, буквально ВЫКОРМЛЕНЫ С ЛОЖЕЧКИ во времена СССР!

У советской национальной политики есть лицо, вернее даже два. Это лица грузинского президента Михаила Саакашвили и эстонского премьера Андруса Ансипа. Оба – выходцы из недр советской партийной номенклатуры самых благополучных республик бывшего Союза, получившие в СССР замечательное образование, оба ярые русофобы.

У меня есть к российскому премьер-министру Владимиру Путину одна просьба. Уважаемый Владимир Владимирович! Повесьте, пожалуйста, у себя в кабинете фотографию Михаила Саакашвили или Андруса Ансипа, на выбор, кто из них вам больше нравится, ну или даже двойной портрет. Уверен, такой можно найти. Пусть они каждый день не сводят с вас глаз, напоминая о советской национальной политике и о ее последствиях, и может быть тогда, у вас больше не повернется язык говорить о ней то, что вы недавно сказали.

Наступила пауза, а за ней очередь следующего поколения российских политиков держать ответ.

Президент Российской Федерации Д.А.Медведев: «Только что Владимир Владимирович, выступая, вспомнил Советский Союз, который действительно нашёл свою схему достижения определённого результата межнационального мира. Возможно ли повторение того, что было сделано в советский период? Мы с вами все реальные люди, понимаем: нет, невозможно… Нам действительно нужно вырабатывать новые подходы. И, несмотря на то, что мы иногда улыбались, когда говорили о новой советской общности, народе, на самом деле эта идея была абсолютно правильной. Другое дело, что такие конструкции, такие общности не на бумаге возникают и не по велению президентов или генеральных секретарей. Это результат многотрудной работы общества, десятилетней. Вспомним, что ещё 40 лет назад в Соединённых Штатах Америки представители разных рас и национальностей зачастую сидели на разных лавках, а сейчас это весьма толерантное общество. И нам не нужно стесняться учиться».

Смысл прост и понятен. Есть позитивный западный, в частности американский (чей же еще?) опыт построения «толерантного общества», которому России следует поучиться.

При этом остается один серьезный вопрос. Американский опыт в вопросе межэтнических отношений в разные периоды был очень разным. Есть две части американского опыта, которые будет весьма непросто совместить одну с другой.

Часть первая американского опыта – это подход «отцов основателей», которые отнюдь не приветствовали образование отдельных этнических общин. Есть четкое название этого подхода – «melting pot», плавильный котел.

Часть опыта вторая – более поздняя, современная, получила устойчивое название «позитивная дискриминация». Это когда у меньшинств фактически прав больше чем у большинства, и спрашивают с них за нарушения закона менее строго. Какую же именно часть американского опыта имел в виду Дмитрий Анатольевич?

Вопрос крайне интересный…

Начнем с наиболее вероятного ответа.

Что случится если применить у нас, вторую часть американского опыта – «позитивную дискриминацию», которая, по факту, итак существует в реальной жизни (см. квоты при поступление в ВУЗы или повышенную лояльность правоохранительных органов)? Если эту практику расширять и продолжать дальше, нас ждет примерно то же, что и теперь, только в больших масштабах – вялотекущее распространение реалий города Грозный образца 1992 года на все территорию РФ.

Попытка применить часть опыта более раннюю, первую, «плавильный котел» также положительных результатов не даст. Простой пример. Если, для реализации принципов «плавильного котла» и стирания этнических границ внутри России, объединить два субъекта федерации, таких например, как Ставропольский край и Дагестан (что, кстати, произошло в рамках Северокавказского федерального округа), то этническая граница не сотрется, через некоторое время она просто передвинется дальше на север. Ставропольский край попросту войдет в состав Дагестана, а не наоборот!

Ну и наконец, об общностях, которые возникают не на бумаге. Т.н. «советский народ», при всей противоречивости опыта бывшего СССР, являлся, используя терминологию Льва Гумилева, самой настоящей ложноэтнической общностью, то есть химерой. Сомневающимся – смотреть пример «советского человека» Андруса Ансипа. Проще говоря, на самом деле никакого «советского народа» не существовало. Распад Советского Союза продемонстрировал это со всей убедительностью. Химера, как ей и положено рухнула, раздавив при этом своими обломками миллионы русских людей, разделенных искусственными границами бывших советских республик. То, что мы наблюдаем сейчас и то, что, похоже, предлагает нам Дмитрий Анатольевич, – это попытка построить на развалинах одной ложноэтнической общности другую, бездумно принося в жертву нежизнеспособной химере общность реально существующую – разделенный государственными границами русский народ, и шире русский мир. Положительный момент тут только один – эта затея обречена на быстрый провал!

Удивительно, но при всей противоестественности идеи такого строительства, исторический пример такого рода имеется. Причем этот пример из жизни близкого нам, единоверного народа.

Догадайтесь, кто успел набить все наши шишки раньше нас самих?

Это, конечно же, сербы.

Пример этот близок нам еще и тем, что как и в нашем случае, очередная попытка построения общего государства была предпринята, несмотря на случившийся перед этим геноцид. После Второй Мировой войны и гибели более миллиона сербов в огне усташеского геноцида, на развалинах первой, довоенной Югославии была создана вторая – Социалистическая Федеративная Республика Югославия.

Государство, объединившее в своих границах недавних жертв и недавних палачей. Сербов и хорватов.

Судьба «второй Югославии» и появившейся на ее руинах растерзанной Сербии с сотнями тысяч беженцев изгнанных из своих домов в Хорватии, Боснии и Косово должна стать для нас примером. Это еще один аргумент для сторонников «территориальной целостности» в ее нынешнем понимании.

Вы хотите, чтобы Россия в будущем повторила судьбу Сербии?

Если нет, то нужно уяснить одну простую истину.

Строить общее государство с теми, кто совершил над твоим народом геноцид нельзя!

Если же на это решиться, то нужно отдавать себе отчет в том, что твои дети и внуки могут также подвергнуться геноциду.

Таким образом, и к Президенту Российской Федерации у нас появилась маленькая просьба.

Не думаю, что о ней когда-нибудь станет известно Дмитрию Анатольевичу, не говоря уже о том, чтобы он ее исполнил. Тем не менее, если бы представился шанс, я бы попросил Президента повесить на стене его рабочего кабинета карту Югославии. Глядя на нее можно на наглядном примере раз за разом убеждаться в том, что идея построения искусственных общностей людей безумна, нежизнеспособна и обречена на провал. На этом, весьма поучительном для нас примере не так сложно преодолев ложные представления, осознать одну простую истину – никакого «югославского» народа не существовало в природе, «советский народ» был химерой, его на самом деле не было, и не могло быть.

Вопрос о «многонациональном российском народе» я бы предпочел оставить на суд читателей, напомнив о другом.

В бывшем Советском Союзе риторика о «многонациональности», «дружбе народов» и пр. звучала без остановки до самого момента его развала. Любое официальное лицо могло запросто пострадать за высказывания, в которых можно было бы усмотреть элементы «великорусского шовинизма». Было, тем не менее, одно показательное исключение из общего правила. В начальный период Великой Отечественной генералы Красной Армии частенько выпрашивали для удержания самых трудных участков фронта резервы, сформированные именно в русских краях и областях СССР. Не думаю что в тот момент политработники и прочие профессиональные интернационалисты, которых в те времена было ничуть не меньше чем сейчас, решались открывать рот для возражений. Без русских солдат в окопе на передовой, существовала реальная перспектива угодить в плен, ну а там, на расстрел или в газовую камеру. Внуки тех политработников, которые в первый период войны кормили наш народ баснями о дружественном немецком пролетариате, сегодня утверждают, что террористы якобы не имеют национальности, а потом без зазрения совести переходят на любимую тему «русского фашизма». Суть этого примера, однако, не в патологической наследственной нелояльности русскоязычной либеральной публики. Он иллюстрирует отношения советского/российского государства и русского народа – отношения заимодавца и должника. Государство, никогда не возвращая взятое в долг накануне, в следующий раз приходит, чтобы потребовать вновь. Кажется, что скоро не останется уже совсем ничего, но политика не меняется. Государство все берет, и берет, и берет, ничего не давая взамен…

3.

В наше время среди патриотических авторов считается хорошим тоном порассуждать на темы «имперскости». Россия де всегда была и должна оставаться империей. Прилагательное «имперский» используется как синоним всего достойного уважения, что было в нашей истории. Удивительно, но то же самое слово частенько применяется и в отношении современной России. Люди произносят его механически, совершенно не задумываясь о смысле и степени соответствия реальному положению дел. Между тем сегодняшние реалии таковы, что современная Россия не просто не является империей, она и до определения «национальное государство» как следует, не дотягивает. Десятки миллионов соотечественников оказались за пределами российских границ, но слово все то же – империя…

Представьте себе Британскую Империю, обрезан