Наша милиция: взгляд изнутри

Мы их ругаем, мы их боимся, мы уже не верим, что в милиции есть нормальные люди. Убийства, автонаезды, фальсифицированные дела… Все это есть. Но ведь в МВД работают прежде всего люди – граждане нашей страны. Какой они сами видят сложившуюся ситуацию? И каково им работать в органах?

Чтобы развеять сомнения я взяла интервью у действующего работника милиции

-Скажите, почему сегодня так много тяжких преступлений совершается милиционерами? Появляются мысли о массовом психическом срыве.

– Тут целый комплекс проблем. Ни одна из причин сама по себе не имеет решающего значения в развале системы.

Во – первых, нужно учитывать, что одно время (еще при советской власти) был запрет брать в милицию тех, у кого родственники являются сотрудниками. Столько хороших людей, с детства воспитанных в уважении к закону были лишены возможности стать милиционерами. Но с другой… Помните анекдот: сын генерала спрашивает отца: “- Папа, а я буду генералом? – Да, сынок, конечно, будешь – отвечает отец. – А маршалом буду? – нет, сынок, маршалом не будешь. – А почему? – Потому, что у маршала тоже есть сын”.

Борьба с семейственностью велась очень строгая, но, как это обычно у нас бывает, с некоторыми исключениями. Вы, конечно понимаете, что исключение делалось не для родственников простых сотрудников. Генерал в любые времена мог протащить всоего сына на теплое местечко.
Во времена запрета в милицию набирали по комсомольским путевкам, еще туда шли люди прельстившиеся льготами (участковый даже квартиру мог получить вне очереди). В милиции оказалось очень много случайных людей, которые на самом деле не имели ни способностей, ни личностных качеств, для работы в милиции.

Опять же, стоит вспомнить, что на милицию, по крайней мере, на ее верхушку оказывалось сильное давление по партийной линии. Кто оказывался на руководящих должностях? Тот, кто был верен партии, но не умел или не хотел работать “на земле”.

Так же стоит учесть, что периоды антисталинских кампаний, что хрущевская, что горбачевская, нанесли сильнейший удар именно по репутации милиции. Несмотря на то, что политическими преступлениями и общеуголовными занимались разные люди, в сознании простых людей прочно укоренилось мнение, что «менты» сажали людей ни за что и выбивали показания из невиновных.

В связи с этим в конце 80-х, начале 90-х годов в обществе сформировался “правовой нигилизм”. Неверие в возможность законным путем добиться справедливости достигло своего пика. Помните, тогда все мальчики хотели быть киллерами, а девочки валютными проститутками? Многие случаи нарушения закона не только не порицались обществом, но и вызывали одобрение. Это называлось – умением жить, крутиться. В те годы много говорилось о свободе, правах, но люди совершенно забыли об обязанностях. Все стали считать, что государство должно им, но они ничего не должны государству. СМИ, художественная литература, фильмы, как документальные, так и художественные, снятые в те времена, только распаляли негативные чувства к правоохранительными органам, а вместе с тем и к закону вообще. Хотя это были, пожалуй, последние годы, когда правоохранительная система еще работала.
Я в милиции с 1993 года. Поэтому хорошо помню, как тогда работали. И вижу разницу между теми людьми и их отношением к работе и тем, что творится сейчас.

Из-за падения авторитета милицейской службы в глазах общества, и невысокой оплаты (а сейчас и большинство льгот отменено) в рядах милиции образовалось огромное количество вакансий, которые нужно было заполнять. Решение было простое – брать всех подряд. Теперь в милиции работает четыре категории людей, которых я условно назову:
1. “фанаты”, воспитанные в уважении к закону, которых меньшинство;
2. “дети генералов”, которым родители нашли теплые места (дочки имеют возможность не пыльно работать, а сыновья плюс к тому получают отсрочку от армии);
3. “неудачники” – люди, которых больше никуда не взяли в силу низкого интеллекта, лени, и др., либо те, которые «ксивой» и формой компенсируют свои комплексы;
4. “знающие себе цену” – те, кто идет в милицию с определенной заранее поставленной целью:
а) откосить от армии;
б) получить опыт работы, а по возможности и связи и перейти на другую работу;
в) получать нелегальный доход, пользуясь служебным положением (брать взятки, «крышевать» преступный элемент, иметь возможность без проблем заиметь свой легальный бизнес, официально оформленный на родственника)

Эти последние, как правило, прагматичные, умные, циничные люди. Во всяком случае, те, кто остается надолго. Они не размениваются на мелочи, не портят свою репутацию обиранием пьяниц и приезжих. Они стараются сделать карьеру, чтобы получить как можно больше возможностей для достижения своих целей. Для этого им приходится либо работать и выдавать результат, либо каким-либо образом фальсифицировать его.
Нередки случаи, когда сотрудники кадровой службы, чтобы избежать взыскания за некомплект вынуждены договариваться с врачами, психологами, чтобы они «пропустили» кандидата с противопоказаниями к службе в органах.

Вот мы и подошли к тому, что в милиции работают в большинстве те, кому борьба с преступностью либо вообще не выгодна, либо просто не представляет никакого интереса – им и так есть чем заняться. Но вышестоящее начальство требует результат, так как им, чтобы удержаться на своих постах, надо что-то докладывать министру, а министр в свою очередь должен показать президенту, что он не просто так штаны протирает. Поэтому существуют отчеты, планы, статистика. Но все это легко фальсифицируется. Вы даже не представляете, насколько не соответствует действительности вся статистика преступности, по крайней мере, в Москве.

Причем, если посчитать реальные цифры, то окажется, что преступность не растет, а находится в стабильном состоянии, а количество осужденных не соответствует реально существующим людям.
Причина расхождения статистических данных и реальных – в способе оценки деятельности милиции. Существует, точнее, существовал до недавнего времени приказ №650, по которому одним (важнейшим) показателем деятельности ОВД было количество направленных дел в суд. Это для следствия и дознания. А для милиции в целом – соотношение совершенных преступлений и дел, направленных в суд. Например, если на территории много нераскрытых преступлений, то нужно соответствующее количество дел направить в суд. А откуда их взять, если преступления не раскрываются, ведь все занимаются своими делами? Способов коррекции статистики много. Причем, что характерно, реально люди от этого страдают редко, а кое-кто из граждан от этой фальсификации даже имеет доход.

Тем не менее, есть сотрудники, которые раскрывают реальные преступления, есть те, кто честно и добросовестно расследует уголовные дела. Только поэтому система еще не рухнула. Я много раз думала, что может лучше было бы, чтобы все честные «менты» взяли да ушли. И со стороны посмотрели бы, как эта неуклюжая махина с раздутым до безобразия административным аппаратом, рухнув, погребет под собою всю нечисть. Но что станет с теми, ради кого мы еще работаем?

Сейчас много говорят о реорганизации, о сокращении штатов. Кого-то это может ввести в заблуждение, но не сотрудников милиции. Мы знаем, что к лучшему ничего не изменится до тех пор, пока не произойдет полнейшее разрушение, после которого начнется возрождение. Это как раз тот случай, когда рушить нужно до основания. Реорганизовать, переделать, перестроить эту систему уже нельзя. Она прогнила насквозь. Правда, на период возрождения придется вводить военное положение в стране. Другого пути нет.

-Да, ситуация мрачная… Ещё вопрос. В случае обострения протестных настроений все больше людей будет выходить на улицы. Пока ОМОН справляется. А что думают об этом сотрудники МВД? Ведь делать свои дела, используя служебное положение – это одно, а бить мирное население – совсем другое. Многих ждет серьезная ломка – готовы ли к этому работники милиции?

-Все гораздо серьезнее. Не думайте, что сотрудник патрульно-постовой службы выходит на работу с мыслью, что сегодня он кого-то побьет. Вовсе нет. И на митинги они не горят желанием выставляться. Обычно в дни проведения мероприятий в милиции объявляют усиление. Это значит, что на работу выходят даже те, у кого выходной должен быть. Представляете, человек отработал с 9 до 21, на следующий день с 21 до 9 утра, и его днем опять выставляют на мероприятие.

Но, на серьезные мероприятия местная милиция выставляется разве что для развоза задержанных по отделениям. А в пикетах стоят ОМОН и внутренние войска (ВВ). Они сейчас тоже в милицейскую форму одеты, а не в военную как раньше, поэтому обычные люди и понятия не имеют, что это не «менты» на самом деле, а солдаты-срочники, то есть обычные мальчишки, которые выполняют приказ, согласно уставу и присяге.
Кроме того хочу заметить, что несанкционированные митинги, это не стихийный выплеск эмоций народных масс, а продуманная провокация. Чья, можно гадать и не угадать. Кому это выгодно, тот и организовывает. Людям, которые не хотят попадать под милицейские дубинки, хочу посоветовать не принимать участие в таких мероприятиях. Если кто-то хочет высказаться на площади, то на это есть закон, который говорит, что нужно получить разрешение, чтобы было заранее перекрыто движение транспорта, организованы пути объезда, обеспечена возможность обеспечения медицинской помощи и т.д. А когда участники массовых мероприятий начинают провоцировать сотрудников милиции, обеспечивающих порядок, это как называется? Опять же провокация.

У меня подруга участвовала в обеспечении порядка при проведении митинга. Точнее она обеспечивала юридическую поддержку при разборе с доставленными за нарушение порядка. Так вот большинство доставленных были молодые люди, которые пришли на митинг, даже не зная о теме этого мероприятия, а просто для того, чтобы “побесить ментов”. Они сами ей так сказали. А кто-то говорил “А за что меня задержали? Я просто рядом проходил”. Но на самом деле, человеку объяснили, что идет митинг, движение перекрыто, но он орал, что имеет право ходить и ездить там, где хочет, потому, что он свободный человек. Кто-то начинает перебранку с милиционером, а когда его просят проследовать в автобус и там разобраться в сути проблемы, то он выхватывает из кармана телефон и начинает снимать, как “менты нарушают его права”. Кстати, в автобусах сидят девочки из административной инспекции, а не мордовороты с дубинками.

И еще хочу сказать, что сотрудников милиции к уголовной ответственности привлекают гораздо чаще, чем это освещается в СМИ. В отделе, в котором я работаю за 16 лет привлечено к ответственности 8 человек. А наш отдел, между прочим, до последнего времени был одним из самых лучших по Москве. Представляете, что творится в не самых лучших?

Нужно также учесть, что сотрудникам милиции, которые ежедневно сталкиваются с самой негативной стороной человеческих отношений, да еще регулярно видят презрительное отношение к себе общества, просто нет возможности как-то переключиться, сбросить этот негатив, без срыва на людях, без употребления алкоголя и т.д. Да, существует служба психологической поддержки, но я не знаю ни одного сотрудника милиции, который добровольно обратился бы за советом к штатному психологу. Разумеется, психологические проблемы ни в коем случае не служат оправданием «ментовского беспредела». Просто если граждане начнут относиться к сотрудникам милиции с большим пониманием и уважением, то и работать станет проще. Хамства, презрения и оскорблений нам вполне хватает и от преступного элемента. Если вы к нему не относитесь, то значит мы на вашей стороне.

-Вы не боитесь писать правду?

-Мне бояться нечего. Мне все равно, сколько у меня звезд на погонах. Ради лишней звезды в погон я свою совесть не продам. И все, что я говорю, может быть подтверждено документально. Но сыпать фактами тут я не стану. Если компетентным органам (ОСБ, ФСБ, прокуратура) интересно, я поделюсь.
Могу только рекомендации дать, как себя вести, чтобы не стать жертвой “статистических” раскрытий, как не подставиться под статью. Это если кому интересно.
А еще я считаю, что люди должны осознать, что сотрудники милиции не какие-то инкубаторные существа. Они такие же люди, как и все остальные. У них есть семьи, интересы, мечты. Они не супермены и не чудовища. Они как все и недостатки у них такие же , как и у остальных людей. Правда, спрашивается за эти недостатки с них строже. Но это вполне естественно и справедливо.

Кроме того, все люди, находящиеся на территории РФ, должны подчиняться законам государства и выполнять обязанности, налагаемые на них законом. Всегда нужно помнить, что для того, что обладание правами, влечет за собой исполнение обязанностей. Но мало кто знает, что давать показания в качестве свидетеля – это обязанность. И оказать помощь человеку, попавшему в беду, тоже обязанность. А у нас что происходит? Соседи знают, что муж систематически избивает жену и молчат, когда участковый ищет свидетелей этих избиений. Окровавленный человек звонит в дверь квартиры, а ему не открывают и даже не вызывают ни милицию, ни скорую. Человек, упавший на улице, априори воспринимается как пьяный и недостойный внимания. Грабитель убегает с похищенным, а люди расходятся, лишь бы их не зацепил. Это реальные факты. Я могу их привести очень много. И на моей памяти фактов равнодушия и малодушия обычных людей, которые считают себя честными и порядочными, гораздо больше, чем фактов ментовского беспредела.

Можно долго ругать правоохранительные органы, говорить о том, что милиция не справляется со своими обязанностями, что большинству сотрудников милиции нельзя доверять… Но проблемы, существующие в милиции – это отражение проблем всего общества в целом и ничуть не отличаются от проблем, существующих в образовании, медицине, торговле, армии. Давайте каждый начнет с себя. На своем рабочем месте и в отношениях с другими людьми. Я, от лица всех сотрудником милиции могу сказать, что готовность к сотрудничеству, исполнение гражданского долга, понимание, проявление уважения – вот все, что требуется для того, чтобы милиционер не чувствовал себя опустошенным и подавленным в конце каждого трудового дня, который иногда длится сутками.

Джон Стивенсон биография