Леонтьев: общественного телевидения никакого не будет

Госдума приняла в первом чтении законопроект, позволяющий сформировать общественный и наблюдательный советы Общественного телевидения, а также уставной капитал канала. Известный тележурналист и аналитик Михаил Леонтьев считает, что ничего путного из затеи не выйдет, поскольку оппозиция хочет “болотное” ТВ за госсчет, а власти какое-то независимое телевидение невыгодно заведомо.

– Михаил Владимирович, на ваш взгляд, получится ли у инициаторов проекта Общественного ТВ создать “народное телевидение” в его классическом понимании?
– Идея Общественного телевидения сегодня существует как некий эвфемизм неизвестно чего. Начнем с того, что ОТВ – это телевидение, за которое готовы платить. Общество, как все с этим соглашаются, платить за Общественное телевидение не готово, значит, Общественного телевидения никакого не будет. А все, что будет “уродцем”, рожденным в муках, выкидышем неизвестного вида.

Общественное ТВ получит всё, кроме независимости

– Зачем тогда нужен такой канал?

– У нас существует две группы болельщиков за Общественное телевидение. Первые, которые хотят качественного телевидения, культурного, возвышающего, не пошлого, которое играет воспитательно-просветительскую роль.

Вообще для того, чтобы иметь такое телевидение, лучше иметь другое социально-общественное устройство. Нельзя иметь Общественное телевидение одно, а социальный строй – другой. Это значит, что либо вы обществу навязываете строй, который оно не хочет, либо навязываете обществу телевидение, которое является телевидением не этого общества, а какого-то другого.

Тем не менее, практический пафос в том, что это телевидение, не зависимое от рекламодателей. Такое ТВ может содержаться государством, и оно у нас уже есть, а может содержаться обществом. Во всяком случае, здесь есть понятная логика, так существует ВВС и так далее. Это некоммерческое телевидение, оно не должно потворствовать низменным вкусам и искать коммерчески эффективные форматы. Но общество к этому не готово.

Вторые хотят политически независимого телевидения, которое не было бы ангажированным. О чем речь? В демократической системе политическая власть и ее политическое лицо определяется обществом, то есть большинством. Эта же власть, выбранная в демократической системе, назначает руководство телевидения, контролирует его и в какой-то степени задает ему идеологическое направление, если оно вообще есть.

Идея о том, что у нас есть одно государство, которое дает одно направление, а будет некое общество, которое будет задавать другое направление, причем, зачастую, противоположное ему, эта идея дебильная. Если у нас демократическое государство, непонятно тогда чем вы недовольны. А если это не демократическое государство, то требовать от него, чтобы оно внутри себя учредило оппозицию себе – это тоже какая-то извращенная идея.

– Тем не менее, попытка создания Общественного телевидения делается. В какой форме, по-вашему, оно будет существовать?

– Есть ряд российской политической элиты и близкие к ней разные слои, которые хотят за государственный счет создать оппозиционное телевидение. У нас такой пример уже был, когда существовало “гусинское НТВ”. Но все-таки это была формально-частная контора, которая жила за счет не отдаваемых кредитов. Остаточная форма лицемерия какая-то все-таки существовала. И тот политический контекст, и то общественное телевидение все-таки было сопоставимо, соизмеримо, грубо говоря, с политической линией государства. А сегодня оно должно быть точно несопоставимо.

То есть это идея создать за государственный счет “болотное” телевидение. Она и проглядывает. Что там Дума принимает, какие регламенты… Нет, я, конечно, верю в способность нашей Думы выхолостить этот закон так, что это будет очередной вполне сервильный государственный канал. Но зачем тогда это было затевать? Это как демократизация “Единой России”.

Вот какое дело оппозиционным фракциям, как внутренне устроена “Единая Россия”, если они ее не любят в целом? Нет, “Единая Россия” начинает под собой процесс демократизации партии, чтобы потом ее развалить либо процесс успешно профанировать.